Гербы, Эстония, Ливония
  меню  
 

ЭСТОНИЯ В ОГНЕ ЛИВОНСКОЙ ВОЙНЫ.

 

Боевые действия в 1573-1576 гг.

  После поражения у Лоде (Колувере) Иван Грозный предложил шведскому королю заключить перемирие, однако тот не спешил прекращать боевые действия. Переговоры о мире растянулись на несколько лет. Наконец в 1575 году двухлетний  мирный договор между Россией и Швецией был заключен, но в нем упоминалось только о прекращении боевых действий в пограничных землях Финляндии и Новгорода. Договор никаким образом не затрагивал Ливонию, поэтому там война продолжилась.

Шведский король решил усилить наемниками свои войска в Ливонии. В августе 1573 года в Ревель прибывает из Стокгольма большой отряд шотландских стрелков. "В 1573 году в августе в Ревель прибыли из Швеции сначала два отряда шотландцев, а немного спустя еще несколько знамен, так что всех их — всадников и кнехтов, и всякой шотландской челяди — оказалось около пяти тысяч человек, получивших немного денег в Швеции. Пока у них были деньги, они вели себя так хорошо, что всякий должен был похвалить их", — писал Руссов. А затем кончились деньги и начались проблемы. Жители окрестностей и горожане начали жаловаться властям, на бесчинства шотландских наемников, которые, грабили крестьян и городских бюргеров.

В январе 1574 года шведское командование в Ливонии решило возобновить боевые действия. Войско под предводительством Понтуса Делагарди выдвинулось из Ревеля к занятому русскими замку Раквере. Шотландцы поначалу отказались участвовать в этом походе, тогда прибегнув к помощи силы их, все-таки заставили присоединиться к шведскому войску. Впоследствии выяснилось, что большая часть шотландского отряда состояла из торговцев и искателей легкой наживы, которые не рассчитывали на то, что им придется участвовать в боях.

В этом походе помимо шотландцев и швелов приняли участие и несколько отрядов ливонских гофлейтов. В залог будущей уплаты за свои услуги они получили от шведов замки Гапсал (Хаапсалу), Лоде (Колувере) и Леаль (Лихула).

С первых же дней осада Везенберга не заладилась. Три раза Делагарди посылал своих солдат на штурм замка, и три раза они вынуждены были отступать с большими потерями. В результате штурма, по подсчетам командира шотландцев Арчибальда Рутвена, он потерял более тысячи человек. Затянувшаяся осада и холодная зима подрывали боевой дух шведского войска в котором, помимо шотландцев были и немецкие ландскнехты. Начались грабежи мирных жителей. Хотя в отрядах наемников дисциплина поддерживалась жесточайшими методами, грабеж населения в охваченной войной местности считался одним из почтенных военных обычаев и за мародерство никого не наказывали.

Из-за бездействия страсти в шведском лагере начали накаляться. Руссов пишет, что 17 марта шотландцы поссорились с немцами, в результате чего произошла драка, переросшая в перестрелку. Причина драки была в том, что шотландцы хотели отомстить немцам за их насмешки. Не удивительно, ведь склочный характер немецких наемников был всем хорошо известен. Итак, началось побоище, в котором участвовали шотландские и немецкие наймиты, шведские же солдаты в драку предпочли не вмешиваться. Руссов также упоминает о том, что в побоище участвовали только шотландские пехотинцы, шотландские же рейтары в этой схватке участия не принимали. В результате перестрелки в первый час, по словам хрониста, было убито 1500 шотландцев, в том числе был ранен и их командир Арчибальд Рутвен. У немцев же погибло не более тридцати человек. Уцелевшие шотландцы бежали к русским в Везенберг. Их же раненый предводитель вместе с другими командирами был отправлен в кандалах в Стокгольм, на суд его королевского величества. О дальнейшей судьбе бежавших к русским шотландцев Руссов говорит, что они сначала томились в темнице Везенберге, а затем после ухода шведского войска, были переправлены в Москву, где были безжалостно умерщвлены. В русских же источниках судьба шотландцев выглядит более оптимистично. Они поступили на царскую службу, где впоследствии, себя хорошо зарекомендовали в боях на южных рубежах Российского государства.

Параллельно с осадой Везенберга шведы попытались овладеть замком Тольсбург (Тоолсе), расположенном на побережье Финского залива. Однако русский гарнизон отбил нападение. Вскоре после этого была снята и осада с Везенберга.

Вот, что пишет Руссов о том, почему же русские так хорошо защищают свои крепости:”Происходит это от следующих причин. Во первых, русские работящий народ: русский, в случае надобности, неутомим ни в какой опасной и тяжелой работе днем и ночью, и молится Богу о том, чтобы праведно умереть за своего государя. Во вторых, русский с юности привык поститься и обходиться скудною пищею; если только у него есть вода, мука, соль и водка, то он долго может прожить ими, а немец не может. В третьих, если русские добровольно сдадут крепость, как бы ничтожна она ни была, то не смеют показаться в своей земле, потому что их умерщвляют с позором; в чужих же землях они не могут, да и не хотят оставаться. Поэтому они держатся в крепости до последнего человека и скорее согласятся погибнуть до единого, чем итти под конвоем в чужую землю. Немцу же решительно все равно, где бы не жить, была бы только возможность вдоволь наедаться и напиваться. В четвертых, у русских считалось не только позором, но и смертным грехом сдать крепость. Однако со временем и они об этом стали другого мнения. Потому что, получая известие о большом войске, не шутя угрожавшем им, и ими овладевала, как и другими нациями, человеческая слабость и робость, по которой передавались крепости. Но бежать в походе и спасаться с поля битвы от неприятеля у русских не считалось пороком или позором”.

Ко всем последним военным неудачам шведов добавилось еще одна, шведский флот попал в бурю в нарвской бухте, адмиральский корабль был выброшен на берег, а весь экипаж перебит русскими.

Тем временем ливонские гофлейты так и не дождавшись обещанных денег от шведского короля за участие в военном походе Делагарди, стали промышлять грабежом русских, а также шведских земель в Ливонии.  Многие из них стали склоняться к союзу с датчанами, в надежде на лучшее жалование. Тогда датский наместник на острове Эзель- Клаус Унгрен, предложил гофлейтам выкупить находящиеся у них в залоге шведские замки Хаапсалу, Колувере и Леаль. Унгрен также пообещал, что он будет ходатайствовать у русских о мире для ливонских гофлейтов, перешедших на сторону датчан.  Очевидно, что Унгрен действовал от имени датского короля, за спиной герцога Магнуса и русского царя. Это предложение вызвало раскол в рядах ливонских гофлейтов. Одни не желали изменять шведам, а другие же готовы были перейти на службу к датскому королю и передать ему свои замки. Все-таки зимой 1575 года сделка состоялась. Таким образом, Дания снова вернула свои бывшие владения в Ляэнемаа, ранее захваченные шведами.

Зимой 1575 года большой отряд русских пришел из Везенберга к Ревелю. По словам Руссова в этот раз московиты "жгли все кругом, не пожалели также и домов у монастыря св. Бригитты, кроме того взяли в плен девушек монахинь (послушниц), чего до сих пор никогда не случалось". Затем московиты направились в земли Ляэнемаа. Очевидно, они надеялись на то, что датчане передадут им замки, выкупленные у гофлейтов, однако последние не собирались этого делать. Тогда русские в отместку, минуя укрепленные города, предали огню и мечу датские земли на материке. Затем они по льду перешли пролив и наведались на датский остров Эзель, причинив местному населению большие убытки.

После разорения Эзеля русское войско вторглось в ливонские земли, принадлежавшие Речи Посполитой, тем самым нарушив мирный договор с Польшей и Литвой . В Разрядах 1575 г. сказано: «Зимою посылал государь под Колывань наместника юрьевского князя Аф. Шейдякова, а велено воевати от Ракобора (Везенберга) к Колывани, и Асельские места, и Падцынские, к Кеги, Падежу, Касту, Филку, Викели, Лоду, Леалу, Пернову, Руину, Гельману, Эрмису, Буртнику, куда лучше и просторнее.... Под Пернов посылал государь царя Симеона Бекбулатовича, да царевича Мих. Кайбуловича, в большом полку боярин Никита Романович». Летом того же года Пярну был взят в осаду и 9 июля сдался русским. С пленными на этот раз обошлись милостиво, им разрешили  беспрепятственно покинуть город. В это же время союзник русскх- герцог Магнус, со своим отрядом взял замки Хельме, Хяргмяе и Рухья принадлежавшие польской короне.

После падения Пярну, над владениями датчан в Ляэнемаа нависла реальная угроза. Перешедшие на сторону датчан гофлейты, вскоре пожалели о том, что они покинули шведскую службу. Жалование, которое им заплатил Унгрен, оказалось гораздо меньше обещанного. Надеясь добиться расположения ревельцев (рассчитывая на их помощь в борьбе с русскими), Клаус Унгрен вычел из жалования гофлейтов, все те убытки, которые они причинили местным жителям своими грабежами. Конечно, после такого разочарования не многие гофлейты были готовы пожертвовать своими жизнями ради интересов датского короля. Когда в январе 1576 года русское войско численностью в 6000 человек вновь появилось в Ляэнемаа, гофлейты сдали датские замки русским воеводам без единого выстрела (A.Adamson 2005). Многие из них, присягнули русскому царю и сохранили за собой свои владения в Ливонии.  Также русские вновь разорили принадлежавшие датчанам острова. Таким образом, к концу зимы 1576 года в руках русских оказались датские замки Гапсаль (Хаапсалу), Леаль (Лихула), Лоде (Колувере) , Вигала, а также шведский Падизе. †

 

 

 

 

 

 

 

Copyright © 2015

autor -A.Bondar, designer - G.Bondar

e-mailпочта